Мы Так Спешили (А Потом Стало Слишком Поздно)

Годы тают, как дым, за холодным осенним стеклом.
Мы все копим дела и живем почему-то потом.
Обещаем себе, что успеем еще отдохнуть,
выбирая впотьмах самый трудный и замкнутый путь.
И сидишь до утра, провожая глазами рассвет,
понимая вдруг то, что обратных билетов уж нет.
И сжимается грудь от несказанных вовремя фраз.
Ведь у каждого свой наболевший и тихий рассказ.
А время катится вперед,
стирая берега.
И на виски нам серебром
ложатся холода.
Ты не суди меня, судьба,
за прошлые грехи,
за то, что к самым дорогим
бывали мы глухи.
Мы так спешили все успеть
сквозь вьюги и года.
А юность уплыла,
как та вода.
Меняет лица старый город, гаснут адреса.
И все труднее вспоминать родные голоса.
Лишь старый снимок на столе напомнит о былом,
где мы, счастливые до слез, стояли под дождем.
И сжимается грудь от несказанных вовремя фраз.
Ведь у каждого свой наболевший и тихий рассказ.
А время катится вперед,
стирая берега.
И на виски нам серебром
ложатся холода.
Ты не суди меня, судьба,
за прошлые грехи,
за то, что к самым дорогим
бывали мы глухи.
Мы так спешили все успеть
сквозь вьюги и года.
А юность уплыла,
как та вода.
А время катится вперед,
стирая берега.
И на виски нам серебром
ложатся холода.
Ты не суди меня, судьба,
за прошлые грехи,
за то, что к самым дорогим
Бывали мы глухи.
Когда вода.
Просто время.
Годы тают, как дым,
за холодным осенним стеклом.
Мы все копим дела
и живем почему-то потом.
Обещаем себе,
что успеем еще отдохнуть,
выбирая впотьмах
самый трудный и замкнутый путь.
И сидишь до утра,
провожая глазами рассвет,
понимая вдруг то,
что обратных билетов уж нет.
И сжимается грудь
от несказанных вовремя фраз.
Ведь у каждого свой
наболевший и тихий рассказ.
А время катится вперед,
стирая берега.
И на виски нам серебром
ложатся холода.
Ты не суди меня, судьба,
за прошлые грехи,
за то, что к самым дорогим
бывали мы глухи.
Мы так спешили все успеть
сквозь вьюги и года,
а юность уплыла,
как та вода.
Меняет лица старый город, гаснут адреса.
И все труднее вспоминать родные голоса.
Лишь старый снимок на столе напомнит о былом, где мы, счастливые до слез,
стояли под дождем. И сжимается грудь от несказанных вовремя фраз.
Ведь у каждого свой
наболевший и тихий рассказ.
А время катится вперед,
стирая берега.
И на виски нам серебром
ложатся холода.
Ты не суди меня, судьба,
за прошлые грехи,
за то, что к самым дорогим
бывали мы глухи.
Мы так спешили все успеть
сквозь вьюги и года,
а юность уплыла,
как та вода.
А время катится вперед,
стирая берега.
И на виски нам серебром
ложатся холода.
Ты не суди меня, судьба,
за прошлые грехи,
за то, что к самым дорогим
бывали мы глухи.
Как та вода.
Просто время.