В Цирке

Клоун в огненном кольце.
Хохот мерзкий, как проказа,
и на гипсовом лице
два горящих болью глаза.
Лязг оркестра, свист и стук.
Точно каждый озабочен
заглушить позорный звук
мокро хлещущих пощёчин.
Как огонь подвижный круг.
Люди-звери, люди-гады.
Как стоглазый злой паук
заплетают в кольца взгляды.
Все крикливо, все пестро.
Мне б хотелось вызвать снова образ бледного, больного,
грациозного Пьеро.
В лунном свете с мандолиной
он поет в своем окне
песню страсти лебединой
Коломбине и Луне.
Хохот мерзкий, как проказа.
Клоун в огненном кольце
и на гипсовом лице
два горящих болью глаза.
Как огонь подвижный круг.
Люди-звери, люди-гады.
Как стоглазый злой паук
заплетают в кольца взгляды.
Все крикливо, все пестро.
Мне б хотелось вызвать снова образ бледного, больного,
грациозного Пьеро.
Как огонь подвижный круг.
Люди-звери, люди-гады.
Как стоглазый злой паук
заплетают в кольца взгляды.
Все крикливо, все пестро.
Мне б хотелось вызвать снова образ бледного, больного,
грациозного Пьеро.